Страховка и перестраховка — история одного перелома

Страховка и перестраховка — история одного перелома

Не бывает подходящего времени, чтобы попасть под машину. Но бывает особо неподходящее. Например, разгар путешествия. В чужой стране к проблеме со здоровьем присоединяются трудности перевода и необходимость вникать в незнакомые правила. Делимся своим опытом, и пусть он вам не пригодится.

Мы прилетели из Мальты в аэропорт Познани, чтобы сесть тут на автобус и отправиться домой. На Мальте мы провели месяц – скалолазили, обошли пешком оба острова вдоль и поперек, невероятно устали и мечтали поскорее оказаться дома, в стране с центральным отоплением. И вот почти полночь, четверо измотанных (и перед самым вылетом вымокших до нитки) путешественников шагают в сторону автовокзала, как вдруг из-за спины выскакивает машина. Автомобиль поворачивает налево, и водитель не замечает на переходе Максима, который нас немного обогнал…

«Скорая» приезжает мгновенно, почти сразу же за ними – полиция. Макса укладывают на носилки и увозят: левая нога совершенно не слушается и сильно болит. Один из медиков понимает английский и хотя бы дает адрес больницы. А полицейские и виновник аварии говорят только по-польски.

Допрашивать нас, понятное дело, никто не стал. Более того, все попытки получить хотя бы телефон полиции и узнать, куда обращаться, были обречены. Мне усердно подсовывали какие-то цифры, которые я, конечно, переписала, но еще долго не могла понять, что же это такое. Оказалось, номер страховки водителя. Мое «police» они интерпретировали как «пОлис». Это открытие я сделала пару дней спустя, когда новый знакомый сосед по хостелу так же превратно меня понял.

Берем такси и мчимся в больницу. А там даже не трудности перевода – простое нежелание пытаться понять. Тетенька в приемном покое просто поморщилась и закрыла окошко перед носом. И тут из глубины коридора слышим знакомый голос…

У Макса оказался сложный перелом бедра со смещением и осколками. А это означает операцию и неделю стационара. Мы оформляли страховку на период поездки, и это был как раз последний день ее действия. Но большого опыта общения со страховыми ни у кого не было. Нас ждал настоящий квест.

Не знаю, во всех ли больницах так, но в этой никакого wi-fi не оказалось. Но даже если бы интернет был, на страховом полисе обнаружился только стационарный киевский номер.

Пришлось будить друзей в Киеве и просить уведомить страховую. Дальнейшее общение с ассистанс происходило уже в одном из мессенджеров. Но вот и первый совет:

В Польше принято сначала лечить человека, а потом выставлять счет. Никто не говорит: «Ваша операция будет стоить 10 тысяч евро, согласны?» Они ее просто сделают. Более того, врачу непонятно, почему вы интересуетесь стоимостью, он уверен, что платите не вы. Поэтому мы не могли добиться ответа о примерной сумме счета, пока в гости не зашла прекрасная девушка, врач из Киева, проходящая в Познани стажировку. Она просто сумела правильно поставить вопрос.

Наше «везение» снова дало о себе знать, когда оказалось, что консульство Украины в Познани недавно закрылось. Ближайший консул в Варшаве. Сначала думали вообще обойтись без этого, но потом все же позвонили в посольство. И не зря. Совет второй:

Именно в посольстве нам сказали, кто ведет расследование, назвали номер дела и даже дали контакты адвокатов. Кроме того, они, а не полиция, информировали нас о ходе следствия. В мире, где ты как будто все время чего-то не догоняешь и никогда не знаешь, поняли тебя правильно на сей раз или снова процентов на 70 ошибочно, это ощущается как необходимая связь с реальностью.

Но вернемся в больницу. Операцию, назначенную изначально на утро после аварии, пришлось отложить. У Макса оказались аномально толстые кости, для которых нужен был более тонкий штифт, чем обычно ставят старушкам с переломом шейки бедра.

Под срочными операциями подразумеваются только те, которые необходимы для спасения жизни прямо сейчас. То есть если бы авария вызвала внутреннее кровотечение, его остановка покрывалась бы страховкой. Но с раздробленным суставом человек продолжает жить и без операции. Так что, по версии страховой, больного надо просто обезболить, обездвижить и отправить домой лечиться дальше за свой счет. И тогда, возможно, страховка покроет гипс, морфин и транспорт.

В нашем случае имеется еще и водитель. После того как суд признает его вину, его же страховая должна будет оплатить счет из больницы. Но это все еще впереди. В Познани мы оставили адвоката, и это было очередным мудрым решением. Добиваться компенсации самостоятельно вполне можно, когда речь идет, например, о повреждениях авто в ДТП. Но если дело о здоровье, на одной ноге без автомобиля в чужой стране и с кучей других проблем, помимо страховки, правовые вопросы лучше доверить профессионалам на месте.

Это сильно помогает, хоть и не решает всех проблем. Даже вооружившись полным набором польских слов, я умудрилась трижды заплатить за костыли. Потому что сначала случайно купила их в другом городе, потом взяла напрокат неподходящие, и только с третьей попытки, за 5 минут до закрытия последнего работающего в субботу магазина, от отчаяния приобрела ходунки по цене «Феррари».

История все еще не окончена. В Польше будет суд, в Киеве — лечение и реабилитация. Из «готового» — только приобретенный опыт. Впрочем, он из тех, о которых лучше прочитать, а не пережить.

Источник

Автор: Елена Купалова
28.01.2020 (14:48)

Подпишитесь на новости

Чтобы всегда быть в курсе наших новостей
и обзоров - просто подпишитесь на нашу
рассылку новостей.