Золотые гиды «Чернобыль Тура»

Золотые гиды «Чернобыль Тура»

Найти в Киеве интересную работу в стиле «фан», среди людей, которые реально «заряжены» тем, чем занимаются, с удивительной миссией, связанную с уникальным местом, каких в мире, наверное, больше нет, а если и есть, до них не добраться, притом с очень достойной зарплатой — вы думаете, это сложно? Все наоборот. Это антиреклама. Сложно — найти таких людей. Возможно, скоро что-то изменится.

Золотые гиды «Чернобыль Тура»

— Вы постоянно ищете гидов, ваши объявления регулярно попадаются на глаза. В чем здесь проблема?

— Мы ищем не только гидов, кадры нам очень нужны. Но у меня большое ощущение, что те люди, которые обладают всеми необходимыми качествами нашего гида, чернобыльского, чаще всего уже работают за рубежом. Это реальный отток мозгов, который очень сильно ощущаешь, когда ищешь даже на высокооплачиваемые вакансии людей со знанием языка и с хорошим опытом. Они все не здесь. Большая часть. Это наши грустные реалии.

И оказывается, это не только мои догадки. Я общался и консультировался с людьми, которые занимаются подбором кадров, готовят студентов, — они подтверждают, что в Украине такие люди задерживаются только ввиду каких-то уникальных специфических условий (или семейных, или еще каких-то обстоятельств). То есть большая часть этих людей уже не в нашей стране. Ищем тех, которые остались, — продолжаем искать.

— Чтобы возить туристов в зону отчуждения, помимо понимания формата работы с иностранцами и знания языка, нужны какие-то особые качества?

— Это люди, которые имеют опыт в том, чтобы быть ответственными за большую группу людей, решать конфликтные ситуации, работать в нестандартном месте, следить за безопасностью. Это не может быть человек двадцати лет, потому что к этому возрасту такие навыки еще не выработаны. И это не возрастная дискриминация. Это как мышцы, их надо «накачать», это должно быть «забито» на уровне мышечных рефлексов.

Гиды не имеют права экспериментировать на туристах. Поэтому мы ищем людей постарше, с адекватным набором качеств и опытом работы.

— То есть опыт кандидатов не обязательно может быть связан с туризмом?

— Чаще всего он вовсе не связан с туризмом. Люди видят, что есть вакансия с высокой зарплатой, и сбрасывают резюме — авось, попаду. Не попадают, по большей части. Те, которые попадают, — это около 10%. Но очень часто бывает, когда к нам приходит человек с правильным набором качеств по резюме, а в итоге оказывается, что у него отсутствует коммуникация с туристами.

Часто люди не ловят ответный фидбек. Это не просто прочитать лекцию — кто захотел — послушал, кто не захотел — не послушал. Нет, так в Чернобыле с туристами не работают. Здесь нужно коммуницировать. Найти людей, которым это нравится, которые умеют это делать на достаточном уровне, очень сложно. Этому мы научить не можем.

Мы можем научить тематике Чернобыля, можем рассказать все истории, все сценарии. Но научить коммуницировать — с этим надо родиться, это надо вырастить в себе. Если же у человека есть задатки, мы готовы его учить всему остальному.

Набор новых сотрудников идет очень тяжело. У нас в лучшем случае появляется один правильный толковый гид в три месяца. Это притом, что мы практически каждый день проводим собеседования с большим количеством людей, готовим их, вкладываем ресурс.

— Как выглядит подготовка гидов?

— Для подготовки новых кадров у нас есть сценарии проведения туров на скольких-то там десятках страниц: что идет за чем, какая локация, что нужно говорить до приезда на место, чтобы это уложилось в голове и человек психологически был готов увидеть этот объект и правильно воспринять его, что сказать после, почему одна локация сочетается с другой именно в этом формате и порядке…

Это продуманные сценарии, которые разработаны нами специально под туры в Чернобыльскую зону. Также есть большой список литературы, которую нужно не спеша проработать, абсолютно не загружаясь какой-то там конкретикой с датами (они потом сами появятся в мозгу, когда все это упорядочится). Многие новички пытаются запомнить отчества, фамилии, даты, а в результате, когда они едут в тур, у них в голове полнейшая каша. Это уже второстепенно, третьестепенно.

По опыту, этап подготовки гида занимает от двух недель до нескольких месяцев.

— Это индивидуальное обучение или в группе?

— Если бы мы нашли сразу 10 человек — «качественных», правильных — мы бы их «заготовили» сразу 10. Но мы выбираем лучших, и получается, что весь наш ресурс направляем на индивидуальную подготовку. Учат стажера и наш шеф-гид, и Серей Мирный — ликвидатор, наш вдохновитель, организатор и научный руководитель. Это очень большие затраты на подготовку одного человека.

Мы говорим о том, чтобы создать школу гидов Чернобыльской зоны, взяв за базу какую-то из существующих структур, систем и т.д. Это специфическая, немножко спорная идея, я более скептически отношусь к ней, чем Сергей или наши коллеги. Но в принципе это тот формат, который должен существовать, потому что сегодняшняя ситуация очень ресурсозатратна, то есть каждый гид у нас получается буквально золотой.

— Будущие гиды не платят за обучение?

— Они не платят за обучение. Мы думаем о создании школы гидов, но пока что только думаем. Если бы было изобилие, скажем так, потенциальных работников, тогда да. А пока что эта школа нам только снится.

— Расскажите чуть подробнее, как проходит подготовка.

— Мы встречаемся с человеком, отправляем его в первый тур. Во-первых посмотреть Чернобыльскую зону. Первый раз всегда масса впечатлений, и не факт, что в голове все упорядочится, но даже в первом туре необходимо, чтобы гид покоммуницировал по каким-то бытовым вопросам с кем-то из туристов, чтобы старший гид увидел и оценил, насколько легко человек идет на контакт. Можно на обеде спросить у туриста: «Откуда вы приехали, почему именно в Чернобыль, как вы нашли этот тур?» — абсолютно любая тема, для которой не нужен какой-то «бэкграунд» знаний, опыта и т.д. Для этого достаточно, чтобы у гида был подвешен язык, чтобы людям было комфортно общаться с этим человеком и чтобы он не просто задавал вопросы, а еще и слушал ответы.

То есть мы отбираем человека по ответственности, по коммуникации, и если он первый раз съездил удачно, просим его на второй раз подготовить рассказ об одной из простеньких локаций. Село Залесье, например.

— Первый раз он едет с кем-то? На который раз вы ему доверите группу?

— Он и первый, и второй, и третий, и четвертый раз едет с кем-то. Он едет со старшим гидом. Первый раз — просто как турист, которому нужно поговорить о чем-то. Второй раз — как стажер, который подготовил одну простую локацию. То есть гид говорит: «Друзья, а теперь нам про эту локацию расскажет наш стажер». И стажер переживает, сбивается, но это локация не самая важная, там туристы особого урона как бы не чувствуют.

На первом выезде человек чаще всего понимает, что все то, что он вызубрил, заучил, в имеющиеся у него 10-15 минут не укладывается, притом что надо еще следить, чтобы туристы никуда не разбежались за время рассказа. Здесь важно, чтобы была правильная коммуникация. Можно дать немного исторической информации, но туристам никогда не интересно, какого конкретно числа что здесь произошло.

Первый выезд дает понять и нам, и человеку тот формат, к которому нужно стремиться. Чаще всего первый выезд бывает комом, хотя иногда все проходит идеально, но это очень редко. В следующий раз стажер уже готовит половину тура. От начала — от проверки паспортных данных туристов.

— Какое время между вторым и третьим туром? Когда человек готов?

— Вы знаете, это абсолютно индивидуально. Чтобы понять, насколько уверенно человек себя чувствует, мы делаем несколько встреч внутри между выездами, и если он может рассказать основную часть, хорошо ориентируется в теме, фидбэк пришел хороший, происходит выезд с первой половиной тура.

Если он сдает программу «до обеда», вторую часть, «после обеда», он отдыхает. И отправляется готовить вторую часть, параллельно «полируя» первую. Потому что, как вы понимаете, по первой части всегда есть список того, что нужно «полировать», старший гид всегда записывает себе это для дальнейшей работы.

Третий раз стажер едет, уже давая вторую половину тура. То есть старший гид провел первую, и новичку уже тяжелее работать, потом что нужно соответствовать уровню и не упасть в грязь лицом, чтоб люди не увидели вот этой большой разницы. Это так, знаете, переживательно, это экстримчик. И если стажер сдает вторую часть тура, то четвертый-пятый раз он едет и сдает весь тур. И только тогда получает пропуск, разрешение на въезд и наше удостоверение. И вот тогда он везет группу самостоятельно.

— Сколько лет вы к этому шли, пока отработали систему?

— В принципе, эта система существовала с первых лет, а работаем мы с 2008 года. И как тогда мы штучно, «доисторически», готовили гидов (да, тогда был другой сценарий, менее конкретный, — он с каждым годом совершенствуется), так это продолжается и сейчас. Хэнд мейд остался. Конвейера здесь построить не удается.

Видите, у меня висит неснимаемая табличка с надписью «Мы ищем менеджеров и гидов» на английском языке, со ссылкой на поиск вакансий. На всех ресурсах есть наши вакансии. Я все время вижу, как люди проходят, фотографируют, записывают, интересуются.

Могу сказать, что с выходом сериала «НВО» с Джаредом Харрисом, который как раз сейчас идет, ситуация начала меняться. Интерес мира к чернобыльской теме, подогретый сериалом, растет и будет расти еще больше. Поток на набор стажеров тоже увеличился. По крайней мере, уже стали приходить люди с достаточными квалификацией и опытом для этой работы.

Очень ждем новых сотрудников и готовы готовить из них чернобыльских гидов. Спрос сумасшедший, и отказывать туристам нельзя — это вопрос престижа, имиджа, авторитета не только нашей организации, но и всей страны.

Источник

Автор: Елена Купалова
24.05.2019 (23:42)

Подпишитесь на новости

Чтобы всегда быть в курсе наших новостей
и обзоров - просто подпишитесь на нашу
рассылку новостей.